СМЕРТЬ НА КОНЦЕРТЕ
В догонку к своему большому посту про физическое и ментальное здоровье в концертных турах я хотел бы поделиться небольшой историей, которая навсегда изменила моё отношение к собственной работе.
Это именно тот случай, когда на самом деле стоит прислушаться и вынести урок из чужих ошибок вместо того, чтобы повторять их самому.
Дело было в коротком туре, где мы в основном играли крупные опен-эйры.
С командой я лично знаком не был, разве что по сканам паспортов, по которым покупал им авиабилеты.
В течение дня все прилетали из разных городов, заселялись, пили пиво и знакомились.
Среди технической команды был художник по свету по имени Сергей.
Характерная особенность в расписании фестивалей и концертов на открытом воздухе заключается в том, что вся сцена собирается заранее, на каркас вешаются колонки и все световые приборы. Но настроить свет и протестировать все "световые сцены" для выступления можно только ночью — днём светит солнце и нихрена не видно.
Это означало, что после долгого перелёта мы все дружно пойдём спать, а уставший Сергей поедет на площадку и с 23:00 до 05:00 будет настраивать свет для завтрашнего концерта. Я поинтересовался, что он по этому поводу думает, и получил спокойный ответ:
Да нормально, надеюсь до рассвета всё успею.
Мы встретились на следующий день на саундчеке:
Ну, как всё прошло вчера ночью?
Нормально! Были шероховатости, конечно, но мы перевесили пару приборов и всё успели...
На самом концерте без шероховатостей тоже не обошлось. Посередине выступления перед полным залом фанатов на сцене вырубился весь свет, и не было понятно, сломался ли это световой пульт, или вырубилось электричество — было много беготни, криков в рацию и всеобщей сумятицы.
Все были на нервах. Все, кроме художника по свету.
Вечером после концерта мы снова пили пиво в отеле, где невозмутимый Сергей спокойным голосом вещал:
Ну, по ходу там выбило генератор у них... Я послал местного человечка проверить, он всё включил обратно, я перезагрузил систему, проверил, что не слетела адресация, и мы продолжили...
И тут я, уже слегка подпитый, не выдержал и поинтересовался:
Братан, а объясни, пожалуйста, почему ты всё время такой спокойный?!
После чего он поделился историей, от которой волосы на моём затыке встали дыбом:
Дело было за несколько лет до этого, на большом клубном концерте. Кажется, в Петербурге.
По прибытии команды артиста, местные техники должны были выдать всем рации. Такое иногда бывает на крупных площадках, где радиоэфир загружен, и для нормальной коммуникации можно использовать только определённый узкий частотный диапазон.
Рация, которую дали Сергею, не работала.
От площадки к нему в помощь приставили местного техника-световика. Не сказать, что старого, но и не молодого — лет под 50. Тот хорошо знал артиста, любил его музыку и очень хотел, чтобы концерт на их площадке прошёл на высшем уровне.
Сергей попросил техника заменить ему рацию.
В конце концов техник принёс другую рацию. Уже работающую, но на этот раз со сломанным креплением. Сергей начал раздражаться, и попросил замену ещё раз. Техник очень переживал, извинялся, и сразу побежал искать дальше.
Открылись двери, гости заполнили зал. Все билеты на тот концерт были проданы.
И уже за несколько минут до выхода артиста на сцену, потный запыхавшийся техник прибегает с третьей рацией. Включают, и та сразу показывает низкий заряд батареи и начинает жалобно пищать.
И тут Сергей не выдерживает и начинает орать:
"Да что тут у вас за п***** происходит, б****?! Сколько нужно техников, чтобы достать мне сраную рацию?! Даже базовую вещь не можете сделать, ** **** мать! Всё уже, концерт сейчас начнётся, мне, б****, работать надо!"
Артисту пора выходить на сцену, и Сергей гасит весь свет в зале. Это пик всеобщего ожидания, концерт вот вот начнётся.
И вдруг, в полной темноте, не видя ничего вокруг, он чувствует, что крышка светового пульта закрылась ему прямо на руки, как будто на неё кто-то надавил.
Толпа ликует, артист выходит на сцену под всеобщие аплодисменты.
Сергей включает свет обратно, и видит, что на его пульте лежит техник, и его тело медленно сползает на пол.
Сергей не понимает, что происходит, и как поступить. Останавливать концерт — не вариант, с его начала не прошло и 20 секунд.
На каждом большом концерте всегда есть профессиональная охрана и дежурит бригада скорой помощи. Если кому-то становится плохо, то охранники сразу вытаскивают человека из толпы, и передают его медикам. Останавливать концерт нужно только в том случае, если охрана со своих позиций не видит, кому именно нужна помощь, и на него нужно указать со сцены (откуда обзор может быть лучше). Это стандартный протокол.
Сергей стучит по плечу охранника, который дежурит рядом, и тычет пальцем на техника. Охранник сразу вызывает медиков, те прибегают и пытаются привести его в чувства. Но ничего не получается.
Сергей продолжает рулить светом под крики ликующей публики, а прямо у его ног реанимируют человека.
В конечном итоге спасти техника не удалось.
Я сидел молча и не знал, что сказать. Сергей продолжал:
"После этого случая я очень долго винил во всём себя. Что убил человека из-за сраной рации. Она мне даже не особо нужна была, понимаешь? Это нужно было только для подстраховки, на всякий случай! Ему, может, ещё и пятидесяти лет не было, вся жизнь впереди! Я сделал всё, что нужно было, чтобы концерт прошёл идеально, всё было сделано по протоколу. Но человека больше нет...
В конце концов я не выдержал и пошёл на психотерапию. Она заняла много лет. Сейчас я другой человек. Я больше не переживаю вообще не из-за чего. Всмысле, не просто говорю что не переживаю, а по-настоящему не переживаю. Никогда не повышаю голос на других людей, даже если они не справляются со своими обязанностями. Если честно, мне вообще стало пофиг — нет ничего важнее человеческой жизни, своей или чужой. В конце концов, если так посудить, это же просто работа, да и хрен бы с ней!"
Я поблагодарил Сергея за рассказ, мы пожали руки, пошли спать, и на следующий день разлетелись по домам. Но история эта застряла у меня в мозгу навсегда.
Как человек с нездорово высоким чувством ответственности, я сам лечился от перфекционизма несколько лет на когнитивно-поведенческой терапии (да, вы не ослышались, от него можно лечиться и даже можно полностью вылечиться).
Но внутренняя планка качества у меня всё равно осталась довольно высокой.
На каждом концерте приходится работать с кучей новых людей, и у многих эта планка будет значительно ниже. Я разделяю таких людей на 2 категории:
- Некомпетентные. У таких людей нет достаточного опыта, чтобы занимать ту позицию, которую они занимают. Может, они только пришли со стажировки, кто их знает? В любом случае знания, обычно получаемые годами, невозможно засунуть в голову постороннему человеку за 2 часа перед саундчеком.
- Мудаки. Эти люди всё знают, но не хотят работать. Это может быть лень, скверный характер, похмелье, недовольство своей зарплатой и что угодно ещё. Им всегда можно дать по жопе, но реального рычага давления, чтобы заставить их тебе помогать, не существует. Такие люди просто не должны заниматься тем, чем занимаются. Они должны быть уволены.
Или, как в истории выше, человек может быть вообще не при делах. В задачи световиков на площадке не входит носиться туда-сюда и искать рации. Это должна была подготовить охрана, либо менеджмент. Но иногда получается так, что задача падает из ниоткуда, и её просто нужно сделать.
Раньше я бегал с горящей жопой, пытался заткнуть собой все дыры, броситься на все амбразуры и сделать за всех всю их работу. И много раз видел других тур-менеджеров, ведущих себя точно так же.
Но после истории Сергея я перестал так делать.
У меня есть контракт, в котором прописаны мои прямые задачи. И есть время, чтобы заткнуть собой пару небольших дыр. Но если всё вокруг в говне огне, и небо вот-вот упадёт нам на голову — это не моё дело.
"Чувак, ты тур-менеджер, ты должен заниматься вообще всем, толкать концерт на максимальное качество! Ты — первый и последний рубеж обороны команды Артиста!"
И они будут отчасти правы, ведь такова сложившаяся этика подобной работы.
В очень редких случаях, если на площадке меня встречает 10 мудаков, я могу в буквальном смысле превратить их жизнь в ад (и буду иметь на это полное право, кстати). У меня есть для этого весь необходимый арсенал. Орать, раздавать подзатыльники, таскать кабели, бегать за забытой бутылкой в магазин, гонять пинками техников и гордо охранять гримерки. Но зачем? Ведь в какой-то момент энергия, которую я трачу, будет давать всё меньший и меньший выхлоп.
Сейчас я просто закуриваю метафизическую сигарету, поудобнее усаживаюсь в кресло и смотрю, как корабль из говна и палок, полный некомпетентных матросов, медленно идёт ко дну.
Пусть концерт будет ужасный. Пусть артисты будут злые. Пусть я сам получу по башке. Пусть меня даже уволят. Но если люди не умеют или не хотят делать свою работу, поделать с этим, на самом-то деле, ничего нельзя. Можно пытаться толкать их и себя к невидимой черте, выкручивать стресс на максимум. Вот только неизвестно, где у кого эта черта находится.
Пройдёт пара дней. Мы отыграем пару других классных концертов, и про тот плохой даже не вспомним.
Никто не останется на всю жизнь со сломанной психикой.
И, самое главное, все будут живы.
Как бы ни хотелось ассоциировать себя с работой, никогда не надо забывать, что ты — это ты, а работа — это просто работа. Да и хрен бы с ней!
(пост опубликован с разрешения Сергея)
